Saboteur, Hitchcock 1942, холст, масло, 150х100см, 2016
Живопись Ольги Гороховой, так же как и пластика Марка Ротко, Эда Рейнхардта и Элсворфа Келли, эволюционировала к естественному покою, к плазменным состаяниям пространства, к его «океаническому покачиванию». Она наполняется светом и тихо пульсирует, как древняя иконопись или буддийская мандала. Иногда ее образность открывается поверхностью, за которой явно прячутся иные измерения. Ее «внешность», ее «лицо» оказывается легко ранимым, оно открыто и подвергается травмвтическим воздействиям, на нем отпечатываются следы времени, его руинированность, царапины и потеки, транслируя судьбу произведения, как личный дневник и личную историю автора, топографию его творческих и человеческих состояний.
Виталий Пацюков, арт-критик
Olga Gorokhova 